Преподобные старцы Глинской Рождество-Богородицкой пустыни

Милостью Божией и с благословения Блаженнейшего митрополита Киевского и всея Украины Владимира 7 мая 2011 г. нашему приходу были подарены частицы мощей преподобных старцев Глинской Рождество-Богородицкой пустыни.  Этот известный во всем православном мире мужской монастырь расположен в  Конотопско-Глуховской епархии Украинской Православной Церкви. В настоящее время нашим приходом изготовляется ларец для святых мощей, который со временем будет выставлен для всеобщего поклонения.     

Преп. игумен Филарет Глинский
31 марта / 13 апреля

 Будущий игумен Филарет (в миру – Фома Данилевский) родился в 1777 году на Западной Украине в семье благочестивых казаков. Научившись грамоте, Фома начал помогать причетникам своего храма в чтении и пении. Протоиерей, настоятель храма, где пел и читал Фома, однажды отправился в Киев, и взял с собой отрока. В Киеве у протоиерея был знакомый – уважаемый старец, настоятель Дальних Пещер Киево-Печерской Лавры, иеромонах Трифиллий, который взял Фому себе в келейники. В Киево-Печерской Лавре, при отце Трифиллии, Фома Данилевский прожил около трех лет. Прозорливый старец Трифиллий пророчески сказал: «Знай же, ты будешь монахом и начальником над монахами!». Предсказанию суждено было сбыться.

Вскоре Фоме  пришлось отбывать воинскую повинность в черноморском казачьем войске. С 1802 года Фома подвизался  в Софрониевой пустыни. Духовным  наставником новопостриженного отца Филарета стал архимандрит Феодосий, друг и сотаинник преподобного Паисия Величковского. В 1806 году иеродиакон Филарет по предоставлению строителя монастыря Исихия был рукоположен архиепископом Феоктистом в иеромонахи и назначен благочинным монастыря. Несмотря на сравнительно молодые годы, о. Филарет был признан братией высшим всех в духовном преуспеянии, и к нему стали обращаться за советом и духовным наставлением даже старшие его возрастом и саном.

В то время Глинская Рождество-Богородицкая пустынь находилась в печальном состоянии запустения и разрухи. Ее братия сумела добиться у преосвященного Феоктиста назначения опытного о. Филарета строителем и настоятелем в Глинскую пустынь.

Иеромонах Филарет прибыл в Глинскую пустынь 6-го июня 1817 года и сразу стал решительно устранять недостатки в монастырской жизни. Ему удалось заложить прочный духовный фундамент для монастыря на будущее, подготовив новый устав Глинской пустыни по подобию Афонского.  24 года управлял отец Филарет Глинской пустынью – и все это время он подавал личный пример братии своей жизнью и трудами. Питался старец Филарет преимущественно лишь вечером, а к концу жизни ел лишь кашу без соли и масла. До конца жизни подвижник жил в тесной келии, спал на деревянной скамье с тремя стенками, наподобие гроба, положив на нее тощий мешок сена. 

Шли годы. Глинская пустынь умножалась численно и преуспевала духовно. Слава о ней расходилась далеко по всей России и Украине. Старец Филарет  переписывался с (ныне прославленными) великими Оптинскими старцами Львом и Моисеем; глубоко уважал его и Саровский подвижник старец Серафим, часто посылавший к нему приходивших к нему за наставлениями. Старец Филарет глубоко почитал преп. Серафима – и, вероятно поэтому и сподобился видеть душу его, восходящую, по кончине его, на небеса: 2-го января 1833 г. о. Филарет долго, стоя на крыльце, смотрел на видимое ему одному сияние и сказал келейнику: «Вот как отходят души праведных! Ныне в Сарове почил отец Серафим».

Однажды, накануне празднования Иверской иконы Пресвятой Богородицы, во время чтения последнего кондака акафиста, «О, Всепетая Мати!», он удостоился видения Девы Марии, а в другой раз сподобился увидеть Богородицу в своей в келье.

В 1839 году отец Филарет был возведен в сан игумена. Накануне Рождества Христова 1839 года с ним случился удар. После совершенного над ним Таинства елеосвящения он почувствовал себя лучше. Великий Пост 1841 года игумен Филарет встретил уже совсем ослабевшим и почил на второй день Пасхи 31 марта 1841 года. Предсмертное завещание его было: «Имейте, братие, мир и любовь между собой, а я, если обрету у Господа дерзновение, то верую, что обитель наша не оскудеет. Вы же сотворите любовь, поминайте отцом своим, аще аз недостойный, и обрящете благодать от Бога».

Глинский старец иеромонах Василий (Кишкин) (1745-1831)

 Иеромонах Василий (в миру –  Владимир Тимофеевич Кишкин)  – благородного происхождения; родился в 1745 году в Фатежском уезде, деревне Клюшниковой, от благоверных и христолюбивых родителей, которыми с младенчества был прилежно обучаем добродетели. Когда исполнилось юному Владимиру 7 лет от роду, то он, размышляя о слышанных им словах Псалмопевца Давида о чистоте сердца и желая осуществить их на деле, решился оставить родительский дом и для спасения души идти в монастырь. Пошел он в Саровскую обитель.

После четырехлетнего пребывания в ней, Владимир отправился в святой град Киев. Прожив некоторое время в Киево-Печерской лавре, он часто посещал Св. Пещеры, с усердною молитвою и слезами припадая к св. мощам угодников Божиих, умоляя их благословить его намерение и наставить на путь спасительный. Некоторый старец, провидя в нем доброго подвижника Христова, повелел ему идти в Миропольский монастырь: «Место сие будет тебе во спасение», сказал он. Владимир отправился в Миропольскую обитель, где, прожив три года, за свое самоотвержение и примерную жизнь был пострижен в ангельский образ с именем Василия. В это время ему было от рождения 15 лет. После сего молодой инок Василий подвизался здесь до того, как, в числе некоторых монастырей, упразднили и Миропольский монастырь. Это было при Императрице Екатерине в 1764 году. Тогда инок Василий, с благословения своего старца, переселился в Коренскую (Коренную) пустынь. Здесь о. Василий жил долго – проходил подвижническое внимательное жительство, занимаясь умным деланием и принося пользу братии и всем притекавшим к дверям его келлии, и давал духовные советы и наставления. Часто посещая Задонский монастырь, он сделался собеседником Святителю Тихону, а потом стал его учеником.

Но смиренный подвижник не мог найти здесь, в Коренской пустыни, совершенного душевного успокоения. Видя себя почитаемым и славимым от человеков, он сильно тяготился посетителями, число которых все более и более умножалось. Он решился оставить это место и отправился на Афонскую гору, где стал жить с учениками в Ильинском скиту, и стяжал там всеобщую любовь и уважение. Однако вскоре, спасаясь от угрозы со стороны турок, он с учениками вернулся в Молдавию. По прибытии своем в Нямецкий монастырь, он не застал в живых старца Паисия, который скончался в 1794 году. Пожив здесь некоторое время, о. Василий отправился в Россию, в свою Коренскую пустынь.

Пребывая в Коренской обители и ревнуя великим образцам подвижничества, о. Василий явил себя достойным быть примером для братии и других. Слава о его высоких качествах и добродетелях скоро достигла отдаленнейших мест и привлекла к нему для купножительства немалое число других иноков и мирских людей, искавших спасения.

Около 1800 года о. Василий переселился в Белобережскую пустынь, откуда начальством был переведен в Свенский монастырь, где стал казначеем.

Смиренный подвижник, о. Василий, бегая славы и молвы человеческия, не мог и здесь более пребывать: он отправился с учениками своими в Софрониеву пустынь. Пробыв там малое время, он опять возвратился в Коренскую пустынь. (...)

О. Василий имел от Бога особенное дарование к начальствованию: водворение мира и согласия среди братии было главнейшим его попечением; а где они (мир и согласие) – там и Христос. Что касается послушаний, то он весьма удачно налагал их на каждого; часто случалось, что благородные сносили бремя трудов терпеливее тех, которые привыкли и сдружились с телесными трудами. О. Василий сам любил телесный труд и ценил его.

Иногда случалось, что братия, отправляясь на покос, не запирали келлий своих – в таких случаях о. Василий нередко прохаживался по келлиям посмотреть, кто чем занимается и кто в чем нуждается. Во время таковаго его посещения, он иногда оставлял какое-либо утешеньице: бублики, пряники, гребешечек, и прочее по необходимости. А у кого в келлии было не чисто, не выметено, он убирал и подметал, а после учил, чтобы в келлии было чисто и опрятно, и «Ангел твой Хранитель уважит твой труд». А наиболее всего о. Василий советовал стараться пребывать в келлии со страхом Божиим, иметь чтение о Богоносных Отцах и творить молитву Иисусову умом, как бы нанизуя слова ея на сердце; поклоны класть по силе, но часто и с умилением. «Ложась спать, помышляй в себе, что ты лежишь во гробе и ожидай: се Жених грядет в полунощи – и будет тебе суд».

После настоятельства в Белобережской обители, старец проживал также в Свенском мужском монастыре и Севском женском, где старался примирить всех враждующих и преподать им уроки христианской монашеской жизни. Затем он жил в Рыхловской обители, в Кременской и Коренской пустынях, и совершил также миссионерское путешествие по Дону, где, с Помощью Божией, обратил вождя раскольников-молокан.

Наконец старец, уже быв рукоположен в иеромонаха, направился в Глинскую пустынь, где немало потрудился в молитве и наставлении, дабы исправить разрушенное состояние обители и обрести в ней разумного настоятеля, коим и стал игумен Филарет (Данилевский). О. Филарет заботился о внешнем благосостоянии обители, а старец Василий — об устроении внутреннего порядка. В продолжение 10-летнего пребывания о. Василия в Глинской пустыни все его попечения были устремлены к славе Божией и ко благу обители; но при всем этом он не убежал вражиих искушений – был по зависти других изгнан из обители и отправился в Площанскую пустынь. Здесь он надорвался на тяжелых трудах и был в очень плохом состоянии – так что братия считала его уже почившим. Однако через некоторое время он очнулся и сказал, что еще поживет 18 месяцев – и стал готовиться к отшествию из жития в пустынной келлии. Незадолго до смерти, по изволению свыше, старец открыл двери своей келли и стал принимать жаждущих совета и помощи.

За неделю до своей кончины, в первый день Пасхи, 19 Апреля 1831 года, о. Василий приобщился Св. Таин, и лицо его заметно просияло. Всю Пасхальную неделю старец провел в болезненном состоянии. Вот наступила Фомина неделя, пришел понедельник. Старец попросил ученика возжечь пред св. иконами свечи, призвать о. настоятеля и собрать всю братию – простившись с которой, он почил. Скончался старец 27 Апреля 1831 г., 86-ти лет от рождения.

Cхиархимандрит Илиодор (Голованицкий), настоятель, (1795-1879)

Схиархимандрит Илиодор много лет подвизался в иночестве в Глинской пустыни и достиг высоких духовных дарований, каковыми он сиял далеко за пределами обители. Родиной его было село Староселье Черкасского повета (уезда) Киевской губернии.

Отец его Феодор Голованицкий был священником в названном селе, а имя матери его было Евдокия. В 1795 году родился у них сын, нареченный во святом Крещении Иоанном (впоследствии –  схиархимандрит Илиодор). Годы младенчества Иоанн прожил в доме родителей, которые воспитывали его в страхе Божием.

После учебы в Киевских духовных школах и службы в армии Иоанн решил посвятить себя монашескому житию в Киево-Печерской Лавре. Однако в Лавре Иоанн прожил недолго и вскоре перешел в Софрониеву пустынь. Пребывание Иоанна в Софрониевой пустыни сопровождалось благодетельными для него последствиями.

Внимая наставлениям духовно-рассудительных отцов, он уразумел, что от монаха требуются не одни телесные подвиги и труды, но и внутреннее делание в вертограде сердца своего, к чему желающий преуспеть в духовной жизни должен прилежно стремиться.

После перехода иеромонаха Филарета (Данилевского) в Глинскую пустынь Иоанн бы вызван им в эту обитель и назначен на послушания в хлебне и на клиросе. Под мудрым руководством о. Филарета он усиленно трудился над своим духовным совершенствованием. Жаждая духовной мудрости, он непрестанно упражнялся в чтении Божественных Писаний, святоотеческих творений и других душеполезных книг, которыми и питал жаждущую свою душу. В Глинской пустыни Иоанн принял малое пострижение с именем Иоиля.

9 Марта 1823 года в день памяти 40-ка мучеников Севастийских Иоиль был облечен в иноческий образ настоятелем Филаретом и наречен Иоанникием. После пострижения Иоанникий, по обычаю, несколько дней пробыл в церкви безвыходно. В это время он был утешен явлением ему ангела. “Изнемогши от чрезмерного бодрствования, — рассказывал впоследствии сам Иоанникий, — сел я среди церкви, склоня голову на амвоне, чтобы несколько укрепить себя сном.

Я закрыл глаза, но спал или нет – того верно не знаю; вдруг я вижу, что южная дверь алтаря отворилась, и из алтаря показался прекрасный юноша, в белом стихаре, препоясанный орарем крестообразно. Подойдя ко мне, он сказал: “Иоанникий! Бодрствуй! Ты — монах, и потому непрестанно должен бодрствовать!”

Сказав это, он вошел северной дверью в алтарь.

По мере усовершенствования Иоанникия в духовной жизни, усиливались искушения. Наконец диавол воздвиг клевету — это сильное в руках диавола оружие – и Иоанникий был изгнан из обители. После некоторых скитаний и колебаний Иоанникий решился возвратиться снова в Глинскую пустынь и был принят по его усердным молитвам к Божией Матери.

14 сентября 1835 года о. Иоанникий был возведен в сан игумена, a Указом Святейшего Синода от 6 августа 1840 года переведен на должность настоятеля Петропавловского монастыря Черниговской епархии с возведением в сан архимандрита.

В начале 1845 года он подал прошение о перемещении на покой в Глинскую пустынь. Душа его давно жаждала беспрепятственно заняться единым на потребу, и вот пришло это желанное время. Освободившись от хлопот и занятий, сопряженных с должностью настоятеля монастыря, архимандрит Иоанникий всецело стремился посвятить себя добродетелям строгого подвижника. В 1858 году в Навечерие праздника Рождества Христова он был облечен во святую схиму с наречением имени Илиодор.

Последний год жизни он почти постоянно лежал от истощения сил и cлабеющим голосом делал наставления и давал ответы вопрошавшим его. Старец Илиодор мирно почил о Господе в ночь с двадцать седьмого на двадцать восьмое июня 1879 года на восемьдесят четвертом году жизни.